История

ВСТУПЛЕНИЕ

История Старого Гостиного двора как нельзя лучше иллюстрирует две противоположности, борьба и единство которых составляют, вероятно, движущую силу истории самого города. Это сочетание энергии, свободы, здорового авантюризма, творческого хаоса и риска с одной стороны — и амбиций столичного города, центра империи, в котором все должно быть упорядочено, оформлено, отрегулировано, — с другой. Таков характер «гения места», обитающего в квартале между улицами Ильинка и Варварка, переулками Хрустальным и Рыбным, и в разные периоды истории проявляющего то одни, то другие свои полярные черты.

В XVI–XVIII вв. Гостиный двор, тогда еще деревянный, был центром экономической жизни: здесь было выделено место иностранным купцам для торговли с Москвой. И Двор кипел от страстей, вызванных столкновением не только деловых интересов, но и разных культур. А вокруг складывался более степенный, спокойный «посольский городок», от которого на Варварке осталось Английское подворье — торговое и посольское представительство, основанное здесь в 1556 г.

Возведение каменного здания

Гостиного двора началось по указу Екатерины II в 1790-х гг. Автором проекта стал придворный архитектор Джакомо Кваренги. Строгий, в английском вкусе, классицизм должен был прийти на смену хаосу, который скрывался за деревянными стенами прежнего Двора… Но не тут-то было: работы растянулись на десятилетия. Тем временем город вокруг менялся — появлялась классицистическая,  «западноевропейская»  Москва, в которой Ильинка стала самым модным местом; здесь покупала одежду, украшения, предметы интерьера московская знать, которую Екатерина, поклонница французских философов и европейских нравов, упрекала в праздности.

К концу XIX в. у «гения места» снова сменилось настроение: Ильинку, на которой теперь располагались офисы многих банков, стали называть московским Сити. Уже не дворянам в колясках, а суетливым клеркам промышленных, торговых и финансовых компаний принадлежал этот район. К тому моменту Гостиный двор стал уступать первенство в сфере торговли более современным пассажам — таким как Верхние торговые ряды, переименованные в 1921 г. в Государственный универсальный магазин.

После революции Гостиный двор переименовывать не стали, зато провели в нем перестройку: торговое здание превратили в административное. Бесчисленные конторы заняли места, предназначенные для складов и лавок, а рыночная сутолока сменилась бюрократической рутиной. Та же участь постигла и многие другие здания по соседству; жизнь всего квартала радикально изменилась, и Гостиный двор оказался почти всеми забыт.

Вспомнили про него в 1990-х. Памятник федерального значения после многих лет не слишком аккуратной эксплуатации нуждался в ремонте, да и странно, что площади в самом центре города фактически не использовались.  Археологические  раскопки шли несколько лет, а параллельно велась реконструкция. Хотя она вызвала много споров и критических откликов, в конечном счете по завершении работ город получил одну из самых больших площадок для проведения массовых мероприятий. Здесь проходят благотворительные балы и съезды партий, концерты и выставки оружия — перекрытый стеклянной крышей атриум редко пустует. Причудливым образом  в сегодняшнем плотном расписании выставок и мероприятий переплетаются следы разных эпох, да и тематика не грешит однообразием: тут нашлось место и торговле, и моде, и развлече- ниям, и политике.

Гостиный двор занимает уникальное положение, находясь в двух шагах от Красной площади, от главных туристических достопримечательностей — Кремля, Собора Василия Блаженного;  от одного из самых популярных магазинов — ГУМа. Вскоре рядом с ним должен появиться и главный парк города — Зарядье. Какую роль Гостиному двору предстоит сыграть завтра, каким он станет через год, десять, двадцать лет? История Гостиного двора, которой по- священо это издание, позволяет предполагать разные, но по-своему увлекательные сценарии будущего.

ВСЕМИРНЫЙ ТОРГОВЫЙ ЦЕНТР

XVI в. — первая половина XVIII в.

История Гостиного двора в Китай-городе начинается с XVI в.: по приказу Ивана Грозного на Ильинке возводят первое деревянное строение для приезжающих в Москву с товарами иноземных купцов. В середине XVII в. появляются два каменных корпуса. Первый был возведен в 1640-х гг. по приказу царя Михаила Федоровича на Варварке, второй — спустя 20 лет при Алексее Михайловиче на Ильинке. При этом 1помещения Гостиного двора первоначально принадлежали казне и сдавались купцам внаем — таким образом государство получало еще одну возможность контролировать импорт.

Огромное здание Гостиного двора приезжие описывали так: «Посреди России, внутри красной стены, часть которой называется Китай-город, находятся два больших построенных из камня и замкнутых торговых двора; один называется „Старый гостиный двор“, а другой „Новый гостиный двор“. Этот новый — наилучшее здание во всей Москве… Внутри он имеет двор в 180 шагов в квадрате; там находятся большие городские весы, а кругом два ряда сводчатых мелочных лавок одна над другой…» (Кильбургер И. Ф. Краткое известие о русской торговле, как она производилась в 1674 г. вывозными и привозными товарами по всей России // Курц Б. Г. Сочинение Кильбургера о русской торговле в царствование Алексея Михайловича. Киев: Типография И. И. Чоколова, 1915. С. 172).

Гостиный двор делился на множество отдельных проходоврядов с лавками; по описи 1695 г. в здании насчитывалось 72 ряда, из которых одних только рядов по продаже мехов было около двадцати (Пушной, Бобровый, Соболиный и т. д.); кроме того, были Завязочный, Мыльный, Белильный, два Шапочных ряда (мужской и женский), Голенищный, Подошвенный… (Зерцалов А. Н. Московский Китай-город в XVII столетии (по описи 1695 г.). М., 1893. С. 30).

Китай-город в это время был типичным средневековым кварталом с кривыми узкими улочками, пропитанными запахами нечистот и мусора. С одной стороны, со строительством Гостиного двора кварталы Ильинки стали превращаться не только в торговый, но и в дипломатический центр Москвы.

Здесь располагались Посольский двор, в котором останавливались представители иностранных государств, Панские дворы, где жили польские купцы и дипломаты, а также монастырские подворья, которые сдавались купцам, привозившим свой товар на Гостиный двор. С другой стороны, на характере городской жизни присутствие высоких гостей сказывалось мало. Например, по дороге от Посольского двора к Кремлю

НОВГОРОДСКИЙ      УСТАВ 1667 ГОДА:

«Да и то бы всех земель приезжие иноземцы ведали, для того в великом опасенье с товары к Москве их приезд быти имеет, и что в нынешних годех явные неправды в привозе худых товаров и в прокраже пошлин и в своевольных продажах и покупках мимо гостиных дворов у себя на дворех втайне товары держали, так же и в порубежных городех мимо гостиных дворов от себя врознь всяким людем продавали, и тянутые сукна и поставы худые в долг руским людем давали, от чего руские люди в разоренье пришли и в промытах и в заповедех домов своих и животов отбыли. И те неправды, как в утайке мимо таможен товаров, так и худых поддельных, какие нигде не годятца, и в серебре в литом с медью и в пряденом золоте и серебре сыскано и обличено,и такие худые товары и в порубежных бы городех не были, не только к Москве возить. А во всех государствах того остерегают, и таких людей заказывают с худыми товары пущати, а за вину и животов своих по правам градцким отбывают, и того бы впредь в порубежных городех не были…»

Российское законодательство X–XX вв.: в 9 томах. Т. 4. Законодательство периода становления абсолютизма. Отв. ред. А. Г. Маньков. М.: Юридическая литература, 1986.

2

находился «вшивый рынок», где предлагали свои услуги цирюльники; при хорошей погоде стрижка проводилась под открытым небом, и вся площадь была устлана волосами.

Гостиный двор хотя и был отдан иноземцам, оставался при этом неотъемлемой частью богатой торговой культуры Москвы.

Все разнообразие и география рынков, базаров, ярмарок и рядов Москвы XVII–XVIII вв. не поддаются описанию. По замечанию Иоганна Кильбургера, одного из участников шведского посольства, оставившего воспоминания о своем путешествии в Россию, «в городе Москве больше торговых лавок, чем в Амстердаме или ином целом княжестве» (Кильбургер И. Ф. Краткое известие о русской торговле, как она производилась в 1674 г. вывозными и привозными товарами по всей России // Курц Б. Г. Сочинение Кильбургера о русской торговле в царствование Алексея Михайловича. Киев: Типография И. И. Чоколова, 1915. С. 88).

При этом довольно редко у лавки был единоличный владелец. В 1726 г. в Китай-городе из 827 торговых владений насчитывалось всего 307, принадлежавших одному хозяину; в 76 случаях владельцы занимали от 7/8 до 3/4 лавки (Кулишер И. М. Торговля и купечество Московского государства по сообщениям иностранцев XVI–XVII столетий // Москва. Купечество. Торговля. XV — начало ХХ века. М.: Крафт+, 2007. С. 66).

Распространенность и укорененность культуры торговли, продажи и обмена в Москве XVII–XVIII вв. отмечали многие приезжие иностранцы. По свидетельству того же Кильбургера, в Московском государстве торгуют все, «от самого знатного до самого простого». Торгуют купцы, бояре, духовенство и прочие сословия: как отмечает барон Мейерберг по итогам своего путешествия в Московию, «все бояре без исключения, даже и сами великокняжеские послы у иностранных государей везде открыто занимаются торговлей; продают, покупают, променивают без личины и прикрытия» (Мейерберг А. Путешествие в Московию барона Мейерберга, описанное самим бароном Мейербергом. М.: ЧОИДР, 1873. Кн. III. С. 92).

Торговая культура Москвы часто воспринималась иностранцами как стихийная, хаотичная и нецивилизованная,  но вместе с тем «прелюбопытная»: например, по свидетельствам Бернгарда Таннера, одного из участников польского посольства, москвитянки при торговле «поднимают такие крики, что новичок, пожалуй, подумает, не горит ли город, не случилось ли внезапно большой беды» (Таннер Б. Описание путешествия польского посольства в Москву в 1678 году. М.: ЧОИДР, 1891. Кн. III. С. 61–62);

Кильбургер отмечает, что «русские купцы по большей части от природы так ловко в торговле приучены к разным выгодам, к скверным хитростям и проказам, что и умнейшие заграничные купцы часто бывают ими обманываемы». Николай Карамзин писал: «Гостиный двор… прельщал глаза не красотою лавок, но богатством товаров, азиатских и европейских» (Карамзин Н. М. История государства Российского. Т. 7. СПб: Ленинградское издательство, 2012).

И тем не менее, это время — своего рода «золотой век»

Гостиного двора и купеческой Москвы, эпоха, которая уже в XIX столетии вызывала ностальгические переживания и служила предметом поэтизации. Это тоска по утерянной старой Москве, в которой пытаются отыскать истоки «самобытной русской культуры», еще не испорченной западными наслоениями.

СТОЛИЦА БЕЗДЕЛЬЯ

1750-е — 1850-е гг.

В эпоху Екатерины II предпринимается превратить средневековую Москву в Москву парадную, европейскую. В 1775 г. был составлен «Прожектированный план», согласно которому в районе Китай-города разрешалась только каменная застройка, выполненная по «образцовым проектам», то есть проектам-образцам, созданным ответственными за город архитекторами. Кроме того, планировалось расширить и выпрямить улицы, создать новые площади, перестроить лавки и торговые ряды — преобразить средневековое городское пространство в духе идей классицизма, Просвещения.

Первым законченным классицистическим ансамблем

в Китай-городе стала Красная площадь. В 1790-х гг. началось строительство Гостиного двора по проекту Джакомо Кваренги и была создана Ильинская площадь «для приезду к Гостиному двору и лавкам». Гостиный двор строился трудно — был закончен только в 1805 г., а потом сильно пострадал при московском пожаре и беспорядках 1812 г. «Громадное здание [Гостиного двора] походило на исполинскую печь, из которой вырывались густые клубы дыма и языки пламени. Возможно было ходить лишь по наружной галерее, где находилось множество лавок. Тысячи солдат и каких-то оборванцев грабили лавки. Одни тащили на плечах тюки сукон и различных материй, другие катили перед собой бочки с вином и маслом, третьи таскали головы сахару и других продуктов… При этом страшном грабеже не было слышно криков; грабители работали молча, сосредоточенно. Слышались только треск пламени, стук разбиваемых у лавок дверей, грохот от падающих сводов. Пламя пожирало бесплатно сокровища 3Европы и Азии, накопленные здесь» (Отечественная война и русское общество. Юбилейное издание. 1812–1912 / Под ред. А. К. Дживелогова и др. Т. 4. М.: ИД Сытина, 1912. С. 142).

Гостиный двор восстанавливали после этих событий больше 15 лет и закончили только в 1830 г. Но с конца XVIII в. вплоть до середины XIX в. этот район все равно оставался наиболее классицистическим участком Китай-города — «уголком Западной Европы» в двух шагах от русского Кремля (Никольский В. А. Старая Москва. Л.: Брокгауз-Ефрон, 1924. С. 52). Классицистические проекты преображения Гостиного двора и Ильинки касались не только их архитектурного облика — это была попытка благоустроить и рационализировать стихийную жизнь Китай-города, облечь московскую торговую культуру, средневековую и ярмарочную, в более регулярные формы. Парадные анфилады и коринфские колонны нового здания Гостиного двора, однако, скрывали все те же средневековые лавки.

Строительство Двора даже оплачивалось купцами — каждому был выделен кусок будущего здания.

Вместе с тем в екатерининскую эпоху Гостиный двор (наряду с лавками мадам 4Кампиони и модистки Виль) стал главным местом для модных покупок московской аристократии. Около лавок Гостиного двора на Ильинке совершались променады, назначались свидания. Парадные выезды московской аристократии XVIII в. на Гостиный двор, по описаниям Михаила Пыляева в «Старой Москве», разыгрывались как настоящие театральные действа. Аристократы приезжали на высоких каретах, запряженных голландскими лошадьми разных мастей с кокардами на головах, в сопровождении гусаров, егерей, кучеров в париках, форейторов в треуголках. Выходя из карет, пассажиры совершали «чинные и важные поклоны, приветы рукой, реверансы и другие учтивости по этикету того времени» (Пыляев М. И. Старая Москва: Рассказы из былой жизни первопрестольной столицы. СПб.: А.С. Суворин, 1891. С. 335).

Аристократический церемониал при этом разворачивался в декорациях, далеких от возвышенности, что как будто подчеркивало его театральность. Например, о рыбном5 рядах, который находился по соседству с Гостиным двором, иностранцы писали, что «приближение к ним можно узнать по запаху раньше, чем увидишь — смрад здесь так велик, что все иностранцы затыкают нос, тогда как русские ничего не замечают и чувствуют себя отлично» (Кулишер И. М. Торговля и купечество Московского государства по сообщениям иностранцев XVI–XVII столетий // Москва. Купечество. Торговля. XV — начало ХХ века. М.: Крафт+, 2007. С. 70). Соученик Михаила Лермонтова по Московскому университету, литератор Павел Вистенгоф описывает «дикие завывания купцов, крики, визги, споры и даже отчаянное „караул“, которые сливались в общем гуле» (Вистенгоф П. Ф. Очерки московской жизни. М.: Типография С. Селивановского, 1842). А на базарах и гуляньях, которые устраивались напротив Гостиного двора, промышляли московские жулики — они пускали в воздух большие связки цветных воздушных шаров и очищали карманы почтенной публики, покуда та любовалась зрелищем.

ЕКАТЕРИНА II:

«Москва — столица безделья и ея чрезмерная величина всегда будет главной причиной этого.

Я поставила себе за правило, когда бываю там, никогда ни за кем не посылать, потому что только на другой день получишь ответ, придет ли это лицо, или нет; для одного визита проводят в карете целый день, и вот, следовательно, день потерян. Дворянству, которое собралось в этом месте, там нравится: это неудивительно; но с самой ранней 6молодости оно принимает там тон и приемы праздности и роскоши; оно изнеживается, всегда разъезжая в карете шестерней, и видит только жалкия вещи, способные разслабить самый замечательный гений. Кроме того, никогда народ не имел перед глазами больше предметов фанатизма, как чудотворныя иконы на каждом шагу, церкви, попы, монастыри, богомольцы, нищие, воры, безполезные слуги в домах — какие дома, какая грязь в домах, площади которых огромны, а дворы грязныя болота. Обыкновенно каждый дворянин имеет в городе не дом, а маленькое имение. И вот та- кой сброд разношерстной толпы, которая всегда готова сопротивляться доброму порядку и с незапамятных времен возмущается по малейшему поводу, страстно даже любит разсказы об этих возмущениях и питает ими свой ум». Екатерина II. Сочинения / Сост. и примеч. В. К. Былинина и М. П. Одесского. М.: Современник, 1990.

АРХИ­ТЕКТУРА ГОСТИНОГО ДВОРА

от XVIII до XXI в.

Первые упоминания о здании Гостиного двора относятся к середине XVI в. Сигизмунд фон Герберштейн, австрийский дипломат, писатель и историк, дважды посещавший Москву (в 1517 и 1526 гг.), издал на основе своих дипломатических отчетов книгу Rerum Moscoviticarum Commentarii, или «Записки о Московии». В ней, в частности, упоминается «большой обнесенный стенами дом, называемый двором господ купцов, в котором купцы живут и хранят свои товары»

(С. Герберштейн. Записки о Московии. М.: МГУ, 1988).

Деревянный Гостиный двор много раз перестраивался; уже в XVII в. это было каменное и вполне представительное здание: высокие стены с воротами, изразцы, детали 7покрашены желтой, красной, зеленой, голубой красками. Внутренний двор был местом для разгрузки и складирования товара; по периметру его окружали двухъярусные корпуса — в них находились склады и магазины, куда можно было попасть также и со стороны улиц. Однако, будучи зданием казенным, Гостиный двор регулярно приходил в упадок. В 1786 году московский генерал-губернатор Яков Александрович Брюс сообщал императрице Екатерине:

«А как упомянутый двор по свидетельству архитектора и Управы Благочиния пришел в совершенную ветхость и угрожает разрушением и падением, так то кирпич и белый камень из стен во многих местах уже выпадает. А равно крыша, стены и столбы начали обваливаться, отчего не токмо торгующие в мaгазейнах, но кaко оной двор положение имеет на четырех улицах, то проходящие и проезжающие подвергаются крайней опасности.

А паче от находящихся на воротах башен, которые из перпендикуляра вышли и совсем наклонились…» (Цит. по: Прокофье- ва И. А. Гостиный двор в Москве. История: проблемы и решения // Новые идеи нового века — 2014: материалы Четырнадцатой Международной научной конферен- ции: в 3 томах / Т. 1. Тихоокеан. гос. ун-т. Хабаровск: Изд-во Тихоокеан. гос. ун-та, 2014. С. 308).

Тратить на новое здание казенные средства не хотелось: Екатерина согласилась с тем, чтобы Гостиный двор был заранее продан по частям купцам (или же тем, кто хотел сдавать купцам помещения в аренду), и чтобы они сами занялись строительством по утвержденному проекту. Первый проект подготовил архитектор Управы благочиния (то есть полицейского ведомства) Семен Антонович Карин. Однако из Петербурга прислали другой проект — Джакомо Кваренги.

Джакомо Антонио Доменико Кваренги, уроженец Бергамо, приехал в Россию по приглашению Екатерины II в 1780 г.

На тот момент ему было 36 лет, но значимых построек в своем послужном списке он еще не имел. Зато впоследствии он спроектировал одни из самых важных для истории российской культуры зданий: Академию наук (1785 г.), Эрмитажный театр (1787 г.), Смольный институт (1808 г.) в Санкт-Петербурге, Александровский дворец в Царском селе (1796 г.) и многие другие. Замечательную характеристику творчеству Кваренги дал Игорь Грабарь в Русском биографическом словаре: «Он не копировал рабски ни построек римских зодчих, ни произведения Палладио, а старался воскресить лишь дух великих мастеров, создавая архитектуру, отвечающую новому времени. Подобно тем, он никогда не забывал, что архитектура должна быть прежде всего приспособлена к жизни и обязана отвечать своему прямому, практическому назначению. Оттого он меньше всего думал о тех мелочных украшениях фасадов, которыми нередко стараются заменить отсутствие внутренней, логической и конструктивной красоты здания. Его фасады необыкновенно просты и даже суровы, их декоративное убранство крайне сдержанно, но они всегда поражают изумительным благородством, красотой общих масс и стройностью пропорций» (Грабарь И. Э. Гваренги, Джакомо // Русский биографический словарь: в 25 томах. СПб. — М., 1896–1918).

За строительством Гостиного двора наблюдал все тот же Семен Карин,  а вместе с ним и Матвей Федорович Казаков, в те годы игравший в столице роль главного архитектора. Проект Кваренги предусматривал строительство по периметру квартала двухэтажных корпусов с подвалом. В подвале должны были размещаться склады, на первом и втором этажах — магазины. Большой двор, который, таким образом, оказывался внутри здания, должен  был делить поперечный корпус надвое. Уличные фасады здания оформлялись аркадой с колоннами в высоту двух этажей. В полукруглых углах здания находились лестницы. Структура здания складывалась из ячеек, так же, как раньше в торговых рядах: каждая ячейка — склад и магазины, принадлежащие одному хозяину.

8Именно купцам и раздавались участки под строительство, что привело к предсказуемо печальным последствиям: «…одни выводили оба этажа, другие — один, а многие отдавали свои места под лaвочки» (Гастеев М. С. Материалы для полной и сравнительной статистики Москвы: в 5 час- тях. Ч. 1. М., 1841. С. 127). Кроме того, проект, который Кваренги сделал в Петербурге, не учитывал рельефа местности — перепад высот между Ильинкой и Варваркой составлял до 20 метров. Первыми были за- кончены корпуса по Ильинке и Варварке, причем уже тогда были зафиксированы отклонения от оригинального замысла. А в конце 1790-х гг. процесс строительства почти остановился — купцы потеряли к проекту интерес. К тому же в 1797 г. император Павел I повелел устраивать лавки в домах (на первых этажах), чем сильно расширил возможности торговли; нужда в Гостином дворе теперь не была столь острой.

Однако оставить без внимания долгострой в двух шагах от Красной площади было нельзя. В 1803 г. завершить работы было поручено архитектору Осипу Ивановичу Бове — на купцов нажали, и работы ускорились. В значительной степени здание было закончено в 1805 г. Но в 1812 г. Двор сильно пострадал в грандиозном московском пожаре, том самом, что «способствовал ей много к украшенью». В Комиссии о строении Москвы, учрежденной в 1813 г. для восстановления города, Осип Бове отвечал за центральные районы города, а затем и за все архитектурное проектирование в столице. Строительство Гостиного двора на фоне реконструкции Красной площади, возведения новых Торговых рядов, Манежа, Большого театра, реализации многих других проектов не было задачей первой важности; закончить работы удалось только к 1830 г. В 1903 г. часть здания перестроили — корпус, выходящий в Хрустальный переулок, обновили по проекту С. В. Баркова (по другим данным — К. К. Гиппиуса). А в 1923 г. Гостиный двор переделали изнутри, превратив его из торгового здания в административное. В 1970-х гг. оно уже было околоаварийным — отдельные секции начали обваливаться, и с 1980-х гг. постепенно началось восстановление Гостиного двора.

Всерьез к реконструкции Гостиного двора приступили в 1995 г. Три года шли археологические и реставрационные исследования, а также разрабатывались проекты реконструкции. Весной 1996 г. был найден клад XVI в., самый большой за всю историю московской археологии — общей стоимостью больше 1000 руб. на тот исторический период.

В дальнейшем реконструкция Гостиного двора шла трудно и сопровождалась большими спорами между городскими властями, архитекторами и экспертами. За проектирование и стройку отвечали сперва Сергей Ткаченко, потом Михаил Посохин и, наконец, главный архитектор города Александр Кузьмин. Галеристом Маратом Гельманом, архитектором Юрием Аввакумовым, а также привле- ченными ими современными художниками — группой АЕС, Дмитрием Гутовым, Юрием Шабельниковым и другими — прорабатывался проект оформления Гостиного двора (и превращения его в музей современного искусства), который, впрочем, не был реализован. Обсуждались и разные способы перекрытия двора — более и менее выпуклые крыши, соответственно, в большей или в меньшей степени меняющие вид квартала.

Именно появление крытого внутреннего двора подвело итог работам, проведенным в Гостином Дворе в наше время. Конструкция крыши была разработана выдающимися отечественными инженерами Павлом Еремеевым и Нодаром Канчели. Для ее создания предстояло решить очень сложную, в силу многочисленных ограничений, задачу. Низ новой крыши должен был быть выше существующего карниза здания (то есть крышу нельзя было бы упереть  в стену), а статус памятника запрещал установку опор внутри и снаружи здания. В результате покрытие было решено опереть на дворовые пилоны, для чего кирпичные стены и фундаменты пришлось усилить. После отработки многих вариантов, проведения исследований, моделирования был выбран вариант перекрытия, который можно видеть сейчас (Еремеев П. Г., Канчели Н. В. Большепролетное светопрозрачное покрытие Гостиного двора // Строительство и архитектура Москвы. № 3. 1999).

Таким образом, в городе появилось одно из самых больших крытых пространств: площадь вымощенного гранитом атриума Гостиного двора — 12 000 кв. м при общей площади комплекса 81 600 кв. м.

Все это время на недостатки проекта и организации работ указывали эксперты. Художественный критик Николай Молок отмечал, что «по закону реконструкция памятников федерального значения вообще запрещена, возможна только реставрация, а строительство крыши там, где ее никогда не было, при всем желании реставрацией назвать нельзя» (Молок Н. // Итоги. № 20. 1988). Ему вторил архитектурный критик Григорий Ревзин: «На пресс-конференции 9Всероссийского общества охраны памятников Александр Кузьмин сказал: „Я признаю, что реконструкция Гостиного двора была начата с нарушением закона. Но если бы ее не начали, сегодня Гостиный двор бы рухнул“. Нет оснований сомневаться в истинности этой оценки. Но ответ был дан столь неожиданный, что впору думать о степени вменяемости тех, кто это все затеял. Дом рушится. Как его реконструировать? Правильно, надо положить на разрушающиеся стены многосоттонное светопрозрачное покрытие» (Ревзин Г. Гостиный двор накрывается // Коммерсантъ. 25.04.1998). В то же время архитектурный критик Николай Малинин, признавая всю спорность проекта, указывал на некоторые его достоинства: «…Мы несколько обманулись и насчет лужковской эстетики. Привыкнув к тому, что в ней не может быть ничего хорошего, ты вдруг с удивлением ловишь себя на том, что пространство Гостиного двора совсем не противно» (Малинин Н. Небодвор, или Восьмое чудо мэра. Закончена реконструкция Гостиного двора // Независимая газета. 08.09.2000).

МОСКОВСКИЙ СИТИ

1850-е — 1910-е гг.

К концу XIX в. китай городские кварталы стали деловым центром столицы и средоточием новой капиталистической культуры, местом обитания богатых промышленников, банкиров  и буржуа. Дореволюционные журналисты прозвали Китай- город московским Сити, имея в виду лондонский прообраз.  В московском путеводителе 1915 г. этот район описывается как место «для взрослых и здоровых» (очевидно, автор противопоставлял Китай-город городским трущобам), где «люди торгуют и делают дела, но не живут и не квартируют» (Москва. Путеводитель / Под ред. Е. А. Звягинцева, М. Н. Ковалевского и др. М.: Т-во И. Н. Куш- наревъ и Ко, 1915. С. 152). Здесь не было ни больниц, ни богаделен, ни учебных заведений, ни музеев и театров, зато располагались банки, биржа, многочисленные конторы и гигантские склады. Если Китай-город представлял собой Сити дореволюционной Москвы, то Ильинку можно было бы считать «главной авеню». К началу 1900-х гг. земля на ней стала стоить баснословных денег (1600 руб. за сажень), вся улица была застроена банками и крупными торговыми конторами. Не случайно говорил герой пьесы А. Н. Островского «Правда хорошо, а счастье лучше»: «Ступай, братец, по Ильинке, налево один банк, направо другой». А в политическом триллере «Мисс Менд», одном из самых кассовых немых фильмов 1920-х гг., именно Ильинка изображала нью-йорскую Уолл-стрит.10

На рубеже веков меняется весь архитектурный облик района: вытянутые по горизонтали классицистические здания сменяются высотными постройками модерна — архитектуры коммерции и успеха. Строятся Дом Московского купеческого общества на углу Ильинки и Новой площади (архитектор Ро- ман Клейн, 1904 г.), Никольские торговые ряды (Лев Кекушев, 1900); средняя часть Гостиного двора по Хрустальному переулку перестраивается под Учетный банк Рябушинских (Карл Гиппиус, 1903 г.). Фасады и интерьеры зданий теперь призваны демонстрировать успешность того или иного предприятия и становятся его рекламной вывеской.

Меняется и сама торговля: на смену рядам, лавкам, рынкам приходят универсальные магазины и пассажи, в которых процесс покупки перерастает свое утилитарное назначение, становясь важной частью специфического городского социального опыта и даже эстетическим переживанием. Вместо нестройных рядов пыльных и темных лавок появляются «крытые улицы» с витринами, залитые электрическим светом.

ПУТЕВОДИТЕЛЬ ПО МОСКВЕ:

«Центральным торговым пунктом Китай-города являются не так давно открытые (1894 г.) Верхние ряды — предмет гордости торговой Москвы. Эти ряды, устройство которых обошлось в 6 миллионов рублей… представляют красивое, стильное здание, охватывающее свыше 1000 магазинов. Здесь повсюду чувствуется торговый модернизм — стремление поразить воображение покупателя самыми модными цветами тканей, самым последним словом моды в области галантереи, самыми стильными изделиями из серебра, золота и драгоценных камней. (…) Еще более отличается от элегантных Верхних рядов старый Гостиный двор — мрачное, толстостенное здание в стиле XVIII века, с невзрачными магазинами, уносящими мысль в те далекие времена, когда Москва не придавала еще большого значения блестящей внешности и красочности своих товарных выставок и не знала еще всех современных ухищрений торговой рекламы». Москва. Путеводитель / Под ред. Е. А. Звягинцева,  М. Н. Ковалевского и др. М.: Т-во И. Н. Кушнаревъ и Ко, 1915. С. 220.

Предельно функциональное пространство гостиных дворов,  в которых бывают только чтобы прицениться и купить товар, уступает место пространствам пассажей. В Москве, как и в Париже, Лондоне, Милане, Риме, горожане идут в пассаж не обязательно за покупками, а полюбоваться товарами — да и сами хотят быть увиденными и хотят увидеть других. И если во времена Екатерины Гостиный двор был местом притяжения публики, то к концу XIX в. он уступает первенство новому зданию Верхних торговых рядов (современному ГУМу), которое может похвастать более современной архитектурой — стеклянной крышей по проекту инженера Владимира Шухова.

Однако контрасты, которые были характерны для Китай-города, не исчезли без следа. 15Роскошные магазины, банки, трактиры наподобие фешенебельного «Славянского базара», где заключались миллионные сделки, соседствовали с заведениями вроде знаменитой «Бубновской дыры» — «трактира разгула», как назвал его Владимир Гиляровский (Гиляровский В. А. Москва и москвичи: Очерки старомосковского быта. М.: Советский писатель, 1935. С. 349). В дорогих номерах «Славянского базара» останавливались петербургские министры, сибирские промышленники и карточные шулера, а в «Бубновской дыре» — темном подвале с толстыми старинными сводами, куда не допускались женщины, — с самого утра распивали портвейны и водку по рублю. Степенная и респектабельная жизнь московского Сити, очерченного Ильинкой и Никольской улицей, граничила с кривыми и грязными улицами Зарядья, где жизнь, в отличие от пустующих по вечерам деловых кварталов, кипела круглосуточно. Здесь в небольших домиках и темных квартирах ютились люди мелкого звания: приказчики торговых фирм, кустари, комиссионеры, «подпольные адвокаты».

АЛЕКСЕЙ ТОЛСТОЙ:

«В вербное воскресенье на Красной площади, шаркая через талый снег полозьями 16ковровых саней по булыжнику, напоказ катаются купеческие дочки в соболях и бриллиантах. Из-под арок Старого гостиного двора на пышных красавиц поглядывают, взбадривая усы, проигравшиеся в пух дворяне. Бойко снимая картузы  и бобровые шапки, кланяются купеческие сынки… Такой выезд невест на красной площади я видел зимой 1914 года — он был последним…»

Москва / Под ред. Л. Ковалева. М.: Рабочая Москва, 1935. С. 67.

МОСКВА АДМИНИ­СТРАТИВНАЯ

1920-е — 1980-е гг.

В советское время в районе Китай-города энергия властей была направлена в основном на проекты благоустройства Зарядья, в то время как «Сити», и так выглядевший неплохо, перестраивался незначительно. Единственное, что было добавлено к облику Ильинки в советские годы, — конструктивистский дом на углу Б. Черкасского переулка (архитектор Владимир Маят). Но если архитектура квартала сохранилась, то все дореволюционные торговые учреждения, конечно, исчезли: в здании Биржи разместилась Торгово-промышленная палата СССР, в Средних торговых рядах — дом Наркомата обороны, в Гостином дворе — десятки различных учреждений и контор.

Неудивительно, что в советские годы значение Гостиного двора для города падает. В 1920-е – 1940-е гг. Гостиный двор исчезает из путеводителей, справочников и книг об истории Москвы. Прежде всего по идеологическим причинам: новое государство стремилось построить и новый исторический контекст, что приводило к появлению новых памятников и новых маршрутов экскурсий по столице («Москва революционная», «Москва крестьянская» и т. п.). Впоследствии многие памятники и объекты, значимые в предыдущие эпохи, даже если не были уничтожены физически, то постепенно выпадали из поля зрения.

17

Превращение Гостиного двора в место, где базируется журнал «Счетная мысль», не лишено своеобразной иронии (особенно учитывая истории про хитрость московских купцов). Однако сам набор организаций и контор указывает на характер перемен: Гостиный двор в эпоху нэпа, да и позже, использовался как административное здание. Система рядов и ячеек, которая раньше служила купцам, неплохо трансформируется  и в обычное офисное здание с планировкой коридорного типа. Можно сказать, что в этой логике развивается и заметная часть всего Китай-города — когда-то полные жизни улицы тоже превращаются в пустынные «коридоры», куда выходят всевозможные государственные и хозяйственные учреждения.

Позже, в путеводителях 1950-х – 1980-х гг., Гостиный двор фигурирует исключительно как классицистический памятник; его описание сводится к дежурным фразам о выдающемся зодчем Джакомо Кваренги и об использовании коринфского ордера. Если ГУМ, который в 1920-е — 1930-е гг. также был занят конторами, в 1952 г. отреставрировали и превратили

ВСЯ МОСКВА:

«Центральный союз жилищной кооперации РСФСР (Центрожилсоюз), редакция 18журнала „Жилищная кооперация“, Кусткредит, Кузлесохим, Мосгрузвоз, Артгруз,„Восточный грузчик“, бюро по постройке велозавода (Велострой); Мосмехпром, Московское объединение работников учета (ОРУ) со своей библиотекой и издательством, Техноткань, акционерное общество Кожфурнитура, редакции журналов „Спутник счетовода“ и „Счетная мысль“».

Вся Москва: адресная и справочная книга за 1930-й г. М.: Моск. Совет р. к. и к. д., 1930; Вся кооперация Москвы и Московской губернии. Адресная и справочная книга для кооператора на 1928 г. М.: 1928.

в универсальный магазин, то Гостиный двор так и остался всего лишь памятником архитектуры. Интересно, например, что упоминания о Гостином дворе нет в посвященном Москве выпуске весьма авторитетной серии справочников-путеводителей «Памятники искусства Советского Союза» (издательство «Искусство», 1979 г.). При этом значительную часть справочника заполняют всевозможные церкви и дворянские резиденции — ценность этих памятников и для отечественной, и для мировой культуры уже стала очевидной, но для Гостиного двора время было упущено.

20

ОТ ШКОЛЬ­НИКОВ ДО ПРЕЗИ­ДЕНТОВ

1990-е гг. — наше время

Судьбой Китай-города снова озаботились уже в конце XX в. В 1990-х гг. Управлением по проектированию общественных зданий и сооружений «Моспроект-2» имени М. В. Посохина была предложена масштабная программа реконструкции района Китай-города (http://www.mosproject2.ru/project_popup.asp?id=68).

Этот план был основан на работе, проделанной в 1989 г. в том же Моспроекте-2 — тогда эти идеи обсуждали на круглом столе с участием представителей НИиПИ Генплана Москвы, многих других архитекторов и журналистов. Среди обсуждаемых тем особое внимание уделялось выводу учреждений из исторических зданий («с целью постепенного освобождения зданий от отдельных случайных организаций… продумать меры по значительному увеличению арендной платы за использование памятников…»), а также запрету на любое строительство, которое могло бы исказить облик кварталов Китай-города («категорически запретить любое новое строительство, искажающее облик и среду Китай-города») (Архитектура и строительство. № 9. 1989).

В 1993 г. постановлением Правительства Москвы «Об охране и использовании 21архитектурного наследия в процессе реконструкции исторического центра Москвы» от 19 января Гостиный двор был включен в «перечень особо значимых памятников архитектуры и монументального искусства, расположенных в пределах Садового кольца и подлежащих комплексной научной реставрации в 1993–1996 гг.» — на реставрацию выделялось 2500 млн руб., а в здании при этом находилось 134 организации-арендатора.

Однако реставрацией дело не ограничилось: было решено перекрыть внутренние пространства Гостиного двора. В 1996 г. газета «Коммерсантъ» сообщала: «В Москве появилась еще одна стройка, которую по ее масштабам можно смело назвать суперпроектом. Реконструкция „Гостиного Двора“, расположенного всего в трехстах метрах от Кремля, набрала обороты. Более 2000 человек работают сегодня на стройке, полная стоимость которой составит более $200 млн. Первая очередь объекта будет сдана в эксплуатацию уже в сентябре этого года, а в 1997 г. „Гостиный Двор“ должен предстать много-функциональным комплексом, не имеющим в столице равных». Работы были полностью закончены в 2000 г. — и проект действительно стал предметом гордости московских властей, опытом, на который неоднократно ссылались градоначальники (при этом в собственность Москвы Гостиный двор перешел

ГАЗЕТА  «КОММЕРСАНТЪ»:

«В пятницу вечером Гостиный Двор стал центром светской жизни Москвы. Одна за другой сюда съезжались знаменитости на дорогих авто: по ковровым дорожкам Гостиного элегантно дефилировали завсегдатаи „Золотой сотни“ Forbes, звезды политики и шоу-бизнеса, светские львы и их страстные львицы.

Именно последние были в этот вечер наиболее напряжены — что делать, ведь перед глазами их кавалеров с минуты на минуту предстанут 50 самых красивых девушек России. А перед настоящей красотой, тем более в таких количествах, разве устоишь? …

А кавалерам тем временем не терпелось поскорее прорваться в зал, где и должно было начаться действо. Но взглянуть там было на что и кроме очаровательных конкурсанток. Поистине зал Гостиного Двора поражал своим великолепием.

Огромная сцена, напоминающая нос „Титаника“, „врезалась“ в настоящий ледовый каток, который залили в Гостином Дворе специально для торжественной церемонии».

Р. Давлетгильдеев. Лед, бриллианты и поклонники красоты // Коммерсантъ, 16.12.2006.

только в 2006 г.). В 2009 г. главный архитектор Москвы Александр Кузьмин отметил во время пресс-конференции, что лучшим памятником дореволюционной архитектуры в Москве он считает Пречистенку, а современной — Гостиный двор и восстановленный после пожара Манеж. С такой оценкой проекта не согласились градозащитники, а также многие архитекторы и архитектурные критики. Создание крытого двора рассматривалось ими как неоправданное вмешательство в оригинальный замысел архитекторов XVIII и XIX в.

С начала 2000-х атриум Гостиного двора превратился в место проведения разнообразных отраслевых выставок и статусных мероприятий. Среди них выставка 22«Православная Русь», Неделя моды в Москве, ежегодный Новогодний прием Мэра и Правительства Москвы, бал выпускниковмедалистов, гастрономические фестивали, выставки «Образование и карьера», «Туризм и отдых», «Оружие и охота», «Домэкспо», MosShoes, «Мир ресторанов», Hi-Tech House, Toilet Expo, «Меха в Гостином дворе» и многие другие. Кроме того, атриум использовался крупными компаниями для проведения корпоративных мероприятий. Журналисты отмечали, что Манеж и Гостиный двор были «самыми модными» пространствами для такого рода торжеств: «банковские менеджеры среднего звена сейчас вспоминают, как под „Виагру“ или Boney M им выносили осетра на горящих углях в сопровождении Veuve Clicquot», писала в декабре 2008 г. газета «Коммерсантъ».

Не случайно в Гостином дворе стали проходить и регулярные мероприятия, посвященные архитектуре, строительству, инвестициям. Так, например, выставка «Архитектура, градостроительство, реставрация» в 2005 г. проводилась «в целях совершенствования архитектурного облика столицы, сохранения ее историко-культурного наследия, накопления и использования опыта реставрации и воссоздания памятников архитектуры, истории и культуры, археологии, монументального и садово-паркового искусства» (Распоряжение Правительства Москвы от 31.12.2003, № 2451-РП, «О проведении специализированной выставки „Архитектура, градостроительство, реставрация“»).

Гостиный двор вообще стал местом проведения многих официальных государственных мероприятий. Неоднократно именно здесь проводились встречи с президентом Владимиром Путиным (в 2008, 2010, 2011, 2013, 2014 гг.), съезды партии
«Единая Россия». В 2009 г. в Гостином дворе на вручении дипломов выпускникам Российской экономической школы выступал президент США Барак Обама.

Все это время в Гостином дворе пытались сделать и гостиницу. Открыть ее московские власти планировали еще в 1995 г., когда реконструкция только начиналась. Но проект откладывался из-за ограничений, которые накладывал охранный статус здания. Строительство гостиницы на 200 номеров намечали на 2005 г., причем предполагалось, что пользоваться ей будут, в числе прочих, участники многочисленных конференций и выставок — представители разных отраслей  со всей страны. Гостиница под брендом Novotel, которую предстояло строить компании «Интеко», по своему классу должна была бы отвечать потребностям и возможностям туристов эконом-класса, что для центра Москвы, где в основном располагаются гостиницы класса люкс — большая редкость.

В 2014 году Правительство Москвы приняло решение передать Гостиный двор в ведение Департамента культуры. Это означает, что в истории здания начнется новый этап. Однако городу еще предстоит принять ответственное решение — какое направление развития наиболее актуально для Гостиного двора сегодня и как сделать этот уникальный памятник истории и архитектуры столицы полноценной частью ее меняющегося культурного ландшафта.

Московский институт социально-культурных программ по заказу Департамента культуры города Москвы 2014 г.

Государственное бюджетное научно-исследовательское учреждение города Москвы

«Московский институт социально-культурных программ» 125009, Москва

Ул. Большая Дмитровка, 23С1, 3-й этаж Телефон +7 (495) 777-4062 (доб. 2780)

info@miscp.ru www.miscp.ru